Еще несколько лет назад считалось, что если ребенок, находящийся в российском детском доме, имеет неславянскую внешность, то его шансы на усыновление не слишком велики. Однако ситуация меняется, люди начинают терпимее относиться к мигрантам.

«Я все реже вижу в интернете запросы на "белокурую девочку от профессора и балерины" и все больше людей, желающих или хотя бы не исключающих возможность усыновить ребенка другой национальности», — рассказывает москвичка Елена Евина.

Прозвенел первый звонок  для таджикских школьников Москвы
Цена образования. Как таджикские мигранты устраивают детей в школу

Почти четыре года назад она сама забрала из приюта девочку, оставленную родителями — мигрантами из Киргизии.

«Мне нравятся люди с восточной внешностью: они красивые, яркие, привлекают внимание. Поэтому мы с дочкой и нашли друг друга. Хотя целенаправленно восточного ребенка я не искала, в критериях поиска указывала "цвет глаз и волос значения не имеет"», — говорит она.

© Из личного архива
Не чужие дети: судьбы детей мигрантов в российских детдомах

Близкие поначалу отнеслись к ее решению с удивлением, но постепенно приняли Надин — так зовут девочку — как родную. По словам Елены, каких-то проблем из-за национальности дочери нет и в повседневной жизни: «Мне раньше очень часто задавали вопрос "Почему девочка на вас непохожа?", но в нем обычно была не неприязнь, а любопытство. А в последнее время перестали спрашивать — видимо, мы с Надинкой стали похожи».

«Мой круг знакомств стал расширяться и пополняться другими приемными родителями, причем половина из них также воспитывают детей восточной внешности, — говорит Елена. — Кажется, мир становится толерантнее».

«Этнические» малыши

Ежегодно российские приюты пополняются детьми, оставленными в стране родителями — мигрантами из других государств. При этом доподлинно установить их число на сегодняшний день практически невозможно. Исследователи и эксперты, чиновники и общественники оперируют самыми разными цифрами — от единичных случаев до сотен каждый год.

«Если б я был султан». История таджика–мигранта и трёх его жён
«Если б я был султан». История таджика–мигранта и трёх его жён

По одним данным, только в Москве в 2011 году было оставлено в роддомах более 300 детей, более 30% которых — дети трудовых мигрантов. А в московском банке данных о детях, оставшихся без попечения, ежегодно находится не менее 200 сирот, чьи родители имеют гражданство одной из стран СНГ. Другие источники говорят не о сотнях, а о десятках таких детей.

Однако четкой статистики на этот счет нет, и причин тому несколько. Помимо пробелов в межведомственном взаимодействии, существует проблема со статусом отказников, ведь далеко не всегда женщины, попадающие в роддома без документов, сообщают о своем гражданстве.

По российским законам ребенок, родители которого отказались от него или не предъявили каких-либо документов, становится гражданином РФ по рождению.

Кроме того, среди «этнических» малышей, попадающих в российские детдома, далеко не все являются детьми иностранных граждан — многие оставлены родителями из регионов России, а раздельная статистика не ведется, поэтому о тысячах брошенных мигрантами детей говорить не приходится. Тем не менее на наличие проблемы указывает участие в ее решении и официальных ведомств, и общественных организаций, и неравнодушных российских граждан.

Главное — чтобы ребенок остался с мамой

Основные трудности, которые вынуждают женщин-мигрантов оставлять детей в роддомах, те же, что и у россиянок: отсутствие работы, жилья, невозможность прокормить ребенка. У не оформленных должным образом иностранок на это накладывается проблема с доступом к медицинской помощи — все услуги по ведению беременности для них платные.

© РИА Новости, К. Брага
Не чужие дети: судьбы детей мигрантов в российских детдомах

 

У выходцев из восточных стран не последнюю роль играют особенности менталитета — страх перед возвращением домой без мужа, но с детьми. «В Средней Азии достаточно распространено представление о нежелательных детях как о грязных, — рассказывает руководитель благотворительного фонда "Найди меня, мама", актер и каскадер Мемоншо Мемоншоев. — Но мы убеждаем женщин, что грязных детей не бывает».

Деятельность этого фонда как раз направлена на поддержку матерей с детьми, находящихся в сложных жизненных условиях.

Как мигранту сдать экзамен, чтобы получить патент или РВП и ВНЖ
Как мигранту сдать экзамен, чтобы получить патент или РВП и ВнЖ

«Наша главная цель заключается в том, чтобы ребенок остался с родной, кровной мамой, — говорит он, — и мы помогаем женщинам, которые попадают в кризисные жизненные ситуации, независимо от их национальности, вероисповедания или прописки».

За помощью в фонд обращаются женщины из России и зарубежных стран, но главным образом из Средней Азии — Узбекистана, Таджикистана и Киргизии. «У нас лучше получается помогать им, наверное, потому что мы лучше знакомы с их менталитетом», — признает Мемоншоев.

Организация предоставляет женщинам временное жилье, обеспечивает наблюдение детей у педиатра, обучает молодых мам уходу за новорожденным и подключает психологов, учитывающих среднеазиатскую ментальность, обычаи. Также фонд помогает с поисками родных и оформлением документов для возвращения матери с ребенком на родину.

«Нас уже знают в Москве, нам звонят из больниц. Есть другие фонды, с которыми мы сотрудничаем. Звонят юристы из родильных домов, звонят из миграционной службы и представительств других стран. Мы сотрудничаем с роддомами, там показывают наши фильмы "Не бросай меня, мама", "Найди меня, мама", и многие матери, смотря фильмы, отказываются от своих мыслей расстаться с ребенком», — говорит Мемоншоев.

Дорога жизни. Как мигранты из Душанбе добираются на поезде до Москвы
Дорога жизни. Как мигранты из Душанбе добираются на поезде до Москвы

По его словам, фонду также активно помогают диаспоры и посольства, в частности посольство Таджикистана, которое оказывает содействие в возвращении на родину как матерей с детьми, так и отказников.

Возвращение домой

Репатриацией оставленных в России детей занимаются и в других среднеазиатских государствах, в частности в Киргизии. В 2011 году Министерство социального развития Кыргызстана запустило программу возвращения на родину сирот, брошенных мигрантами в России.

Число таких случаев пока исчисляется десятками, но работа ведется постоянно. В 2011 году домой вернулись два ребенка, в 2012 году — чуть больше десяти. По словам сотрудников посольства Кыргызстана в Москве, в прошлом году было репатриировано еще 12 детей, и на ближайшее время запланирован новый визит представителей министерства — финансирование программы на 2017 год уже открыто.

© РИА Новости, В. Песня
Не чужие дети: судьбы детей мигрантов в российских детдомах

При этом посольство только помогает с оформлением необходимых документов — всю остальную работу берет на себя Минсоцразвития, у которого есть договоренности с детскими домами и в России, и в Кыргызстане.

То же касается вопросов усыновления детей, еще не получивших российское гражданство. Если граждане Кыргызстана оставляют здесь детей, то документы и разрешения на усыновление они получают только в Киргизии, в Министерстве социального развития. «К нам часто обращаются за помощью, но у нас нет таких полномочий, мы можем только дать нужные телефоны», — отметили в посольстве.

Александр Зиновьев специально для проекта «Жизнь без преград»