— Таджикистан мне нравится. Я там тоже хотела учиться, но родители сказали, что образование лучше получить здесь, в России, - не по-детски серьезно говорит 10-летняя Оля. Русское имя за ней закрепилось в школе, а в свидетельстве о рождении она записана как Хамрохой Авазова, уроженка Вахдатского района Республики Таджикистан. В этом году она идет в четвертый класс подмосковной школы.

Линейка в школе №1 имени Героя Советского Союза Л.Д. Чурилова подмосковных Котельниках

В небольшом городке Котельники проживает очень много выходцев из Таджикистана. Некоторые из них живут здесь семьями уже несколько лет. По приезду родители стараются первым делом устроить своих детей в местные школы, поэтому смуглые детские лица на первом звонке здесь скорее правило, чем исключение.

 

Первое второе сентября

2 сентября. 8.30. Общеобразовательная школа №1 имени Героя Советского Союза Л.Д.Чурилова увешена шариками, а над входом висит небольшая растяжка. Ученики начальных классов идут под руку с мамой или папой, а старшеклассники, как это заведено, - одни. И у тех и у других улыбки на лице. У входа стоит охранник. Он провожает взглядом прибывающих, а на мой вопрос о начале официальной части отвечает, что начнут в 9.00. Сегодня первый звонок в России прозвенит для 15 млн школьников.

Рядом на стене вывешены списки учеников-первоклашек, у которых я и задерживаюсь. Нерусские фамилии встречаются, хотя и не так часто. Мамы тем временем поправляют наряды детей. С отцами все сложнее. Неподалеку замечаю женщину в летах, которая общается с родителями. Это Евдокия Васильевна Бобер, учительница с 49-летним стажем. Она здесь знает каждого ученика по имени, в том числе и тех, кто родом из Центральной Азии. Их, по ее словам, здесь учится много.

- Вот в моем 4 «А» классе учатся несколько детей из Средней Азии. Например, Мирзоалимова Мухлиё, которая влилась в коллектив сразу же, - без запинки произносит имя своей ученицы Евдокия Васильевна.

- Она учится у нас со второго класса. Сначала, конечно, ей было трудно. Даже пришлось на второй год остаться. Девочка спокойная, учится хорошо, очень старательная, - учительница как будто хвалит собственную дочь. - Она ходила и на уроки в группу продленного дня, но перестала их посещать, так как они платные. Наверное, с деньгами проблематично, - пожимает она плечами.

В этом же классе учится и Хамрохой Авазова, или, как ее называют в школе, Оля. Она в отличие от Мухлиё в этой школе с первого класса, а живет неподалеку. Евдокия Васильевна начала было рассказывать об Оле, но увидев, что все уже собираются на линейку, извинилась и пошла к другим преподавателям.

 

Оля по имени Хамрохой

После торжественной части я начала искать в толпе Олю, но тут дорогу мне преградил смугловатый мужчина лет 35-40:

- Извините, девушка, не могли бы вы нас сфотографировать? - проговорил он с заметным акцентом, протягивая с улыбкой фотоаппарат.

Рядом с ним стоят два мальчика лет двенадцати и девочка. Как потом выяснилось, это и есть Оля, а мужчина с фотоаппаратом - ее отец.

Справа налево: Ёрмахмад Авазов, его дочь Хамрохой, сын Хабибула и племянник Ибрагим

- Первый год, когда дети пошли в школу, им, конечно, было трудно. Но потом освоились и сейчас у них здесь друзья и товарищи. С местными ребятами они дружат. Можете не верить, но соседки сами звонят и просят мою жену, чтобы та отпустила детей играть во двор с их детьми. Точно не знаю, но думаю, что местные дети чувствуют себя защищёнными, когда рядом наши ребята. Ведь наши - другие. Они воспитаны в восточных традициях и привыкли защищать других, - делится он своими выводами.

Ёрмахмаду Авазову 37 лет, 20 из них он живет и работает в России. Он водитель, успел поработать в разных местах, но вот уже несколько лет трудится в одной из московских охранных фирм. В Таджикистан, признается он, его не тянет.

- Я уже в этом микрорайоне «Силикат» столько лет живу, что для меня здесь все родное. Тем более, если владеешь русским языком, вокруг все хорошо к тебе относятся. А на родине бываю раз в 3-4 года, - вздыхает он и как бы начинает оправдываться. - Понимаете, не проходит и недели, как начинаю скучать по Москве. Будто чего-то нахватает. Я уже здесь пустил корни; семья, дети, друзья - все тут. А родители сами часто приезжают в гости.

Детей, говорит он, в школу приняли без каких-либо проблем. Иностранным детям для поступления или перевода в российские школы необходимы те же документы, что и гражданам РФ. Они должны быть переведены на русский язык и нотариально заверены. Кроме этого необходим документ, подтверждающий право на пребывание на территории РФ, а также регистрация по месту жительства. Ёрмахмаду же не хватало только медицинской страховки, да и ту приобрести не составило труда.

Один из мальчиков рядом - его сын Хабибула, сокращенно Хабик. Он учится в шестом классе, у него внешность типичного таджикского мальчика в отличие от светлой, больше похожей на русскую девочку, чем на таджичку, сестры.

 

Оля, Маша и Алина

- Да, я знаю, мне многие об этом говорят, - застенчиво, но не без улыбки говорит Оля.

Ей нравится учиться в московской школе. Она очень общительная и без акцента разговаривает по-русски, опять же в отличие от своего брата, у которого временами он слышен.

В этот момент к ней подбегают ее лучшие подружки - одноклассницы Алина и Маша, начинают делиться впечатлениями о летних каникулах.

Хамрохой (Оля), Маша и Алина (справа налево) — лучшие подруги и одноклассницы.

- А как ты отдыхала, где была? - интересуется Маша, сетуя, что подруги не было в городе летом.

- Я была в Душанбе, - коротко отвечает Оля, но тут же начинает с восхищением рассказывать о каникулах, проведенных у бабушки с дедушкой в столице Таджикистана. Дождавшись, пока она закончит, вмешиваюсь в разговор и спрашиваю про Олю у ее подружек.

- А если вы напишете про Олю, она ведь станет знаменитой? - задорно интересуется Алина.

- Наверное, - отвечаю я и жду, что будет дальше.

А дальше инициативу в свои руки берет Маша:

- Оля с нами учится с первого класса. Она очень интересная и общительная девочка. Нам с ней интересно. Мы иногда у нее спрашиваем названия некоторых предметов или слова на таджикском языке, и она нам их переводит. Например, мы уже знаем, что «как дела?» по-таджикски будет «чи хели?», - с небольшим русским акцентом произносят таджикские слова девочки, и все трое заливаются искренним детским смехом.

Видя, что девочкам много чего еще надо рассказать друг другу, оставляю их и направляюсь в здание, к главному человеку в этой школе - Астафьевой Наталье Львовне.

Директор школы Астафьева Наталья Львовна

Бывшие граждане СССР

В кабинете директора, расположенном на первом этаже, очень светло. На шкафу красуется множество кубков, а стол заставлен дюжиной красивых букетов от родителей учеников. Сама Астафьева оказалась очень приветливой и общительной женщиной. Привычки выделять детей из Центральной Азии у нее нет, но она жалуется, что не все они готовы к обучению в русской школе.

- Так как сегодня в школах бывших советских республик русский язык не является не то чтобы родным, а даже обязательным, то некоторым детям трудно учиться у нас, - рассказывает она, убирая один из последних и больших букетов, который лежал между нами на столе. - Иногда даже родители владеют русским языком хуже своих детей.

В семьях, приехавших в Россию несколько лет назад, где ребенок посещал детский сад, дети русский язык знают лучше, чем их родители, рассказывает она:

- Нередки даже случаи, когда дети переводят своим родителям, что мы говорим. А в семьях, которые только недавно приехали в РФ, ни родители, ни ребенок, конечно, не владеют русским языком. Поэтому с такими детьми у преподавателей иногда возникают проблемы.

Но эту проблему скоро надеются решить. В этом году здесь новый заместитель директора по учебно-воспитательной работе в начальной школе - логопед, которого взяли специально для того, чтобы проводить дополнительные занятия с детьми, для которых русский язык является неродным.

- А вообще для того, чтобы эти дети лучше влились в местное общество, надо говорить в семьях больше на русском языке, при этом, конечно, сохраняя свой родной язык, - дополняет Наталья Львовна.

- Я сама спокойно отношусь к приезжим гражданам, потому что они бывшие граждане Советского Союза. Никто из них, в частности мигранты, не виноват. Ведь они едут сюда не потому, что не любят свою страну. Они думают о своих детях и семьях.

Она отводит взгляд и продолжает уже без улыбки:

- С одной стороны, я им сочувствую, а с другой стороны, они молодцы, потому что они все-таки думают о будущем своих детей и для этого работают, несмотря ни на какие трудности.

 

Ребенок как ребенок

Выходя из кабинета директора школы, снова встречаю классного руководителя Оли-Хамрохой. Евдокия Васильевна вспомнила, что наш предыдущий разговор прервался на рассказе об Оле. Мы с ней поговорили немного, а когда начали прощаться, она как бы вдруг вспомнила историю из прошлых лет:

Евдокия Васильевна Бобер не делит своих учеников на национальности и учит их тому, что все равны.

- В советское время мы даже не замечали, кто кем является. Помню, очень давно у меня в классе училась девочка-таджичка. Это было еще в СССР. На каком-то празднике она подготовила номер - пела на таджикском языке и танцевала. Сначала, признаться, я не очень-то на нее обратила внимание, но как только она начала петь и танцевать в национальной одежде, то привлекла к себе всеобщее внимание. После этого я даже относиться к ней стала по-другому. До этого думала - ребенок как ребенок, а тут она как выдала нам свои таланты... Вот такие моменты делают людей ближе и дают возможность познавать традиции и обычаи друг друга.

Пока мы с нею беседовали, классы уже успели опустеть - все-таки первое сентября. Полноценное расписание только с завтрашнего дня, начиная с которого 10-летняя девочка вновь все так же будет отзываться на два имени - Оля и Хамрохой, а Маша и Алина все так же будут ее лучшими подружками. А национальность... Что национальность? Дети этого возраста арифметику с таким делителем пока не проходили...

Другие истории о гражданах Таджикистана в Москве читайте в сюжете «Реальные истории реальных людей»>>