Летом 2017 года в семье 30-летнего Хуршеда Сайдалиева и 25-летней Замиры Нарзуллоевой из Таджикистана произошло радостное событие: девочка с большими выразительными глазами и пронзительным взглядом появилась на свет 19 августа в одном из родильных домов города Магнитогорска Челябинской области.

И без того небогатая семья мигрантов не могла себе позволить долгое пребывание в медучреждении, поэтому при первой возможности новорожденная с матерью сразу же уехали домой.

Мигранты в вагоне поезда Душанбе–Москва
Среди более половины семей Таджикистана есть трудовые мигранты в РФ

По той же причине (отсутствие средств) девочку, которую назвали Рукиёй, ни разу после выписки не показывали врачу. Хотя были и другие обстоятельства: родители находились в России нелегально и, соответственно, она тоже, плюс Рукия была лицом без гражданства, так как в консульство Таджикистана (ближайшее — в Екатеринбурге) для получения соответствующей записи никто из родственников не обращался.

Несмотря на отсутствие возможности воспользоваться медицинскими услугами, все вроде шло хорошо — девочка росла, а семья зажила как прежде. Но тихая, размеренная жизнь таджикистанцев длилась недолго.

 

Первый удар судьбы

В начале лета 2018 года родители Рукии начали подозревать что-то неладное и обратились к специалистам. Две недели скитаний по разным отделениям больницы Магнитогорска, чтобы хотя бы выяснить, что не так, и страшный вердикт врачей: острый лейкоз, то есть рак крови. Девочку надо было срочно лечить, но полиса обязательного медицинского страхования (ОМС), который позволил бы это сделать бесплатно, у нее не было, а необходимыми средствами семья, естественно, не располагала. Выход был один: искать помощи на стороне.

© «Искорка»
Рукия Сайдалиева в возрасте 10 месяцев

Они обратились в местный благотворительный фонд «Отзовись», в котором решили: надо попробовать сделать Рукии полис ОМС, переоформив опекунство над девочкой на ее родного дядю, 32-летнего Джамшеда Сайдалиева, бывшего российским гражданином. Но не учли один момент: временное опекунство на полгода, которое было оформлено уже 6 июля, никак не поможет делу.

Махмуджон Худжаев и Фарзон Салимов (слева направо), спасшие десятки людей из пожара в ТРК «Зимняя вишня» в Кемерово
Охранники из Таджикистана спасли сотни человек из пожара в Кемерове

Вместе с тем еще 4 июля состояние Рукии резко ухудшилось и ее госпитализировали в реанимацию детской больницы Магнитогорска, но там она получала лишь экстренное симптоматическое лечение, от которого лучше ей не становилось. Пять дней спустя, вечером 9 июля, жена ее дяди Джамшеда написала в челябинское движение помощи онкобольным детям «Искорка». И тут все зашевелилось с новой силой.

 

План спасения

«Вечером [9 июля] получили информацию в группе "ВКонтакте" от родственников девочки. Уже на следующий день мы собрались у уполномоченного по правам ребенка [Челябинской области Ирины Буториной] с дядей и папой девочки. Мы обсудили ситуацию, и, соответственно, со своей стороны мы понимали, что девочку надо госпитализировать срочно, а за один день гражданство точно не оформить», — рассказывает интернет-порталу «Россия для всех» председатель совета «Искорки» Евгения Майорова.

Острый лейкоз (рак крови) — онкологическое заболевание, первично возникающее в костном мозге в результате мутации стволовой клетки крови.

Сразу же на уши была поставлена половина госучреждений области: органы опеки, больницы, профильные министерства. Им предстояло внести свою лепту в план спасения маленькой девочки из Таджикистана, разработанный совместно с ее отцом и дядей в кабинете у уполномоченного по правам ребенка.

Он заключался в следующем: родители отказываются от прав на ребенка, она оказывается на попечении государства, тут же ее дядя Джамшед оформляет над ней постоянное опекунство и одновременно начинается процесс оформления ей гражданства РФ. В управлении по вопросам миграции регионального ГУ МВД, куда обратилась Буторина, обещали оформить все в сжатые сроки — максимум два месяца.

© Страница Дж.Сайдалиева в соцсети
Рукия Сайдалиева в больнице Магнитогорска, июль 2018 года

«У него [Джамшеда] было временное опекунство, которое ничего не давало в плане гражданства и оказания медицинской помощи. [Оформление постоянной опеки] было единственным способом, чтобы ребенок получил лечение за счет бюджета, потому что вариант с выдворением девочки в Таджикистан [был невозможен], она бы не доехала, — поясняет Майорова, хотя, по ее словам, миграционные власти и могли ее вместе с семьей, которая была на нелегальном положении в РФ, депортировать. — Я благодарна нашим органам власти, они не стали этого делать, хотя могли».

Долю мигрантов в строительстве ограничат в России с 2019 года
Долю мигрантов в строительстве ограничат в России с 2019 года

При этом с Таджикистаном связывались, но в итоге сошлись на том, что девочку лучше оставить в Челябинске, где шансов у нее больше: «Наш уполномоченный по правам ребенка связывалась с уполномоченным, по-моему, по правам ребенка в Таджикистане. То есть они с органами власти сами связывались, и было понятно, что здесь, в Челябинске, у них больше шансов», — говорит Майорова.

Сразу же договорились с отделениями онкологии и реанимации и интенсивной терапии областной детской клинической больницы о начале химиотерапии, но с условием: «Искорка» обязуется в течение пяти дней оплатить курс стоимостью почти 1,2 млн рублей. За неделю удалось собрать почти всю сумму, и это вселяло надежду. Помогали всей Челябинской областью: скидывались друзья и знакомые семьи, рядовые жители, местные предприниматели (один из них, например, дал 500 тыс. рублей) и даже представители органов власти.

 

Беда не приходит одна

16 июля органы опеки Магнитогорска, как и было согласовано ранее, подали в суд иск об ограничении родительских прав родных родителей Рукии. Заседание назначили уже на 19 июля, и скоро все должно было решиться.

За два дня до рассмотрения дела, 17 июля рано утром, Джамшед, которому предстояло официально стать опекуном уже четвертого в семье ребенка — родной племянницы (у него трое своих детей), выезжает из Магнитогорска в Челябинск, где сначала посещает миграционную службу (ведь скоро оформлять гражданство), а потом — детскую больницу. Оттуда он уезжает в Екатеринбург: чтобы начать химиотерапию, нужно получить анализ костного мозга Рукии, а проводят его только в столице Урала.

© Страница. Дж. Сайдалиева в соцсети
Дяди Рукии Джамшед Сайдалиев, погибший в автокатастрофе 17 июля 2018 года

«Днем 17 июля мужчина поехал отвозить в Екатеринбург на диагностику костный мозг Рукии — это обязательная процедура. Сдал его, но, как мы узнали от встревоженной жены, домой не вернулся», — заявили в «Искорке» днем позже.

Уже пару часов спустя худшие опасения подтвердились: 32-летний Джамшед Сайдалиев погиб в автомобильной аварии на трассе M5 «Урал», когда возвращался домой из Екатеринбурга. Его смерть вскрыла еще один опасный, но обязательный этап борьбы с раком в регионе и, возможно, позволит уже в будущем спасти жизни и здоровье многих людей, чьи близкие столкнулись с этим недугом.

Рукия (Рукъя — араб.) — формулы-амулеты, используемые для исцеления больного, например чтение аятов Священного Корана или упоминания имен Всевышнего и Его качеств.

«Джамшед погиб, когда ехал из Екатеринбурга, сдав там анализы, и только после этого, честно говоря, мы осознали, что вообще этот костный мозг везут родственники. Родственники, находящиеся в шоке вообще-то. Кто может быть не в шоке?— задает риторический вопрос Майорова. — Вот эти люди, представляете, [едут] из Магнитогорска (около 500 км), Катав-Ивановска (около 400 км) — это же большие расстояния».

Болезнь и вера. Муфтий Москвы Ильдар-Хазрат Аляутдинов
Болезнь и вера. Ислам: в трудной ситуации нужны не советы, а внимание

В фонде посчитали, что в год для организации доставки анализов из Челябинской области в Екатеринбург нужно около 300 тыс. рублей, и заключили контракт с курьерской службой, чтобы родственники больных не занимались этим сами и можно было предотвратить такие случаи, как с Джамшедом. «Это ужас, конечно. У него самого трое [детей]. Мы просто в шоке были», — говорит Майорова.

Смерть дяди-опекуна снижает шансы на выживание и его племянницы — весь план ее спасения был завязан на нем. Обстоятельства изменились — надо менять план. Вновь собирается экстренное совещание, к которому, помимо уполномоченного по правам ребенка, теперь присоединяется еще и замминистра социальных отношений области Татьяна Ильина. К процессу привлекают старшего из братьев Сайдалиевых — Мухаммеда, который, как выясняется, тоже имеет российское гражданство.

Похороны Джамшеда Сайдалиева в Магнитогорске 20 июля 2018 года

 

Люди не всесильны

19 июля проходит заседание Магнитогорского суда, на котором Хуршеда Сайдалиева и Замиру Нарзуллоеву лишают родительских прав. Судья, под председательством которого прошло заседание, принимает участие в жизни Рукии не только таким образом — она, как и практически все судьи Челябинска, пожертвовала деньги на ее лечение.

Информационное табло в отделении по вопросам гражданства РФ, разрешений на временное проживание и вида на жительство
ВнЖ без РВП, гражданство — еще проще. Что МВД РФ готовит иностранцам

«Они централизованно удерживают со своих заработных плат определенные суммы — все по-разному, кто сколько хочет. Соответственно, к нам приходят личные пожертвования от аппарата судей. И получается, что эта судья в том числе является жертвователем "Искорки"», — поясняет глава фонда.

Все формальности улаживаются в ускоренном режиме, девочку помещают в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Местное управление по вопросам миграции в этот же день начинает оформлять гражданство для нее и меньше, чем через месяц, 11 августа, Рукия становится гражданкой РФ — за такой срок, кажется, еще ни один иностранец не получал российский паспорт.

Девочке сразу же оформили полис ОМС, и лечение она продолжила получать по нему, бесплатно — все получилось вовремя и даже раньше срока.

Паллиативная помощь — создание защиты от тягостных проявлений болезни (облегчение боли, улучшение состояния, борьба с симптомами), но не лечение самой болезни.

Рукие, признается глава «Искорки», оказали всю возможную помощь: «И мама, и старший брат [Хуршеда и Джамшеда — Мухаммед] очень благодарны и нам, и врачам, и людям, которые помогли. Но дело в том, что она была, как мы уже потом поняли, сразу в тяжелом состоянии. Это тот случай, когда было реально сделано все возможное. Никого не в чем упрекнуть».

Жители коттеджного поселка «Троицкий парк» Московской области подарили Дилшоду Тохирову из Таджикистана корзину с продовольствием в знак благодарности за спасение 11-летней Насти, которую чуть не загрыз ротвейлер
Таджикистанец спас девочку из пасти ротвейлера в Подмосковье (Видео)

В спасение девочки, признается Майорова, никто не переставал верить до последнего: «Было бы неправильным сказать, что после получения гражданства ее лечили как паллиативного ребенка. Нет, ее состояние ухудшилась буквально за 2-3 дня».

Сердце девочки, сообщили 18 августа в фонде, перестало биться накануне ее первого дня рождения, который она так и не успела отпраздновать: «Сегодня маленькая Рукия, за которую переживала вся область и которой очень многие помогали, ушла от нас. Завтра ей исполнился бы годик…».

© «Искорка»
Рукия Сайдалиева в возрасте 10 месяцев

 

P.S. Ее мама, Замира, несмотря на формальное лишение родительских прав, до последнего оставалась рядом с дочерью. Сейчас в отношении родителей Рукии ведется судебное разбирательство за нарушение правил пребывания иностранных граждан на территории РФ и, возможно, их депортируют. Девочка была единственным фактором, благодаря которому на их нелегальный статус пусть временно, но закрывали глаза — возможно, не по закону, но по-человечески.